Последние пару лет многие частные инвесторы внезапно обнаружили, что «надежные» зарубежные бумаги больше нельзя ни продать, ни получить по ним выплаты. Российские еврооблигации, которые еще вчера казались консервативным инструментом, превратились в источник нервов, писем брокерам и нескончаемых консультаций с юристами. Сейчас важно не просто пережить кризис замороженных активов, а разобрать его по косточкам: какие ошибки были системными, что можно исправить уже сегодня и как выстраивать стратегию так, чтобы следующий санкционный виток не размолол ваш портфель.
Историческая справка: как мы дошли до заморозки
До 2022 года идея «российские еврооблигации купить и спокойно жить на купоны» звучала вполне логично. Эмитенты с рейтингами, привычная инфраструктура Euroclear/ Clearstream, доступ через крупных российских брокеров — все это создавало иллюзию устойчивой системы. Риски суверенных санкций и блокировки инфраструктуры обсуждались в теории, но массовый инвестор воспринимал их как что‑то из области геополитических страшилок. В реальности же критической уязвимостью оказалось даже не состояние эмитентов, а именно зависимость расчетов от иностранных депозитариев, которые в один момент просто «поставили на паузу» целый пласт операций.
Упрощая, схема выглядела так: российский инвестор покупает еврооблигации через местного брокера, тот держит бумаги в иностранном депозитарии, а выплаты по купонам и телу долга идут по сложной цепочке счетов. Как только политическое решение приводит к блокировке одного звена этой цепи, деньги зависают между мирами: эмитент вроде бы платит, но конечный инвестор ничего не получает. Так сотни тысяч частных владельцев оказались перед вопросом, что делать с замороженными активами за рубежом, если формально они есть, а фактически — нет доступа.
Базовые принципы: что на самом деле важно инвестору
Кризис показал простую, но неприятную истину: главный риск еврооблигаций — не только дефолт эмитента, но и дефолт инфраструктуры доступа. Когда мы обсуждаем инвестиции в еврооблигации для частных лиц, слишком много внимания уделяется купонной доходности и почти не оценивается юрисдикция, цепочка депозитариев, применимое право и возможность односторонней блокировки операций. Фактически инвестор должен смотреть не только на кредитное качество компании или государства, но и на «политический рейтинг» стран, через которые проходят расчеты, и регуляторную логику их надзорных органов. Это неудобно, но без этого анализ сейчас просто неполный.
Второй принцип — всегда думать сценариями. Не «скорее всего все будет нормально», а «что произойдет, если эмитента отключат от расчетных систем; если брокер потеряет доступ к иностранному депозитарию; если выплаты будут зачисляться на счета, к которым применят санкции». В каждом таком сценарии должен быть хотя бы черновой план действий: нужна ли вам заранее юридическая помощь держателям иностранных облигаций, где будут храниться документы, кто ваш контакт на случай массовых технических сбоев. Чем более конкретен этот план, тем меньше паники в момент, когда новости приходят ночью в пятницу.
Кейс №1: «Все платят, а я не получаю»
Реальная ситуация из практики консультантов: частный инвестор купил крупный пакет корпоративных еврооблигаций еще в 2019 году через российского брокера. Эмитент исправно продолжал перечислять купоны, о чем регулярно сообщалось в официальных релизах. Но деньги до инвестора не доходили: иностранный депозитарий перестал проводить операции по определенному списку счетов. Брокер ссылался на «обстоятельства непреодолимой силы» и рекомендовал «ждать улучшения внешней конъюнктуры».
На практике инвестор сделал три вещи, которые стоит взять на заметку. Во‑первых, запросил у брокера полный пакет документов по цепочке владения бумагами и юридические основания отказа в проведении операций. Во‑вторых, обратился за независимой юридической экспертизой, чтобы оценить шанс прямых требований к иностранному депозитарию. В‑третьих, зафиксировал все коммуникации в письменном виде — от обращений в службу поддержки до формальных претензий. Конечным решением стало участие в коллективном процессе инвесторов, которые пытались оспорить блокировку. Деньги это не разблокировало сразу, но создало базу доказательств, без которой говорить о каких‑то требованиях было бы невозможно.
Базовые ошибки при покупке еврооблигаций
Массовая ошибка — воспринимать еврооблигации как чуть более доходный аналог банковского вклада. Фокус исключительно на купоне и сроке погашения игнорирует три критичных аспекта: где и в каком праве выпущена бумага, кто фактически контролирует право собственности на нее, и через какие транзитные зоны проходят денежные потоки. В спокойные годы это почти не чувствуется, но стоит политическому фону измениться — и «просто облигация» превращается в набор сложных юридических вопросов.
Другая распространенная недооценка — отсутствие диверсификации по инфраструктуре. Инвесторы могут распределять капитал по десяткам эмитентов, но держать все бумаги через одного брокера и одного иностранного депозитария. По сути, это ставка не только на эмитентов, но и на устойчивость одной конкретной технической цепочки. Кризис показал: иногда разумнее иметь меньше доходности, но больше точек входа и хранения, чем максимизировать процент, не замечая концентрации инфраструктурного риска.
Примеры реализации стратегий в условиях санкций
После первых блокировок начался поиск практических решений: как вывести зарубежные ценные бумаги из под санкций или хотя бы минимизировать урон. На рынке появились кейсы перевода части активов в дружественные юрисдикции, открытия счетов в новых депозитариях, попыток обмена «застрявших» бумаг на новые инструменты внутри другой инфраструктуры. Важно понимать: единого магического рецепта здесь нет, каждый маршрут зависит от конкретной бумаги, цепочки владения и статуса инвестора. Но есть общий вывод — чем раньше вы думаете о резервном канале доступа к активам, тем больше у вас опций в момент обострения.
Кейс из практики: инвестор с портфелем из нескольких выпусков держал бумаги через иностранного брокера, а не через локального. Часть выпусков попала под ограничения, но инфраструктура брокера позволила перевести их на счет в другом депозитарии, сохранив право на получение выплат. Бумаги нельзя было активно торговать, но купоны продолжали приходить. Ключевым фактором успеха стала изначальная гибкость инфраструктуры — возможность оперативно менять место хранения и наличие у брокера опыта работы в разных юрисдикциях.
Кейс №2: обмен на «зеркальные» инструменты
Еще один показательный пример: группе инвесторов предложили добровольный обмен замороженных евробондов на новые облигации, номинированные в другой валюте и учитываемые в другой расчетной системе. Условия были неидеальными — дисконт по номиналу и менее привлекательный купон. Тем не менее часть держателей согласилась, посчитав, что лучше зафиксировать потерю и получить живой, торгуемый инструмент, чем годами ожидать разблокировки.
Этот кейс иллюстрирует важный практический принцип: иногда оптимальное решение — признать ущерб и сконцентрироваться на ликвидности и юридической прозрачности нового инструмента. Эмоционально тяжело фиксировать убыток, особенно когда «на бумаге» номинал цел, но по факту правом распоряжаться активом вы не обладаете. Однако реальность такова: стоимость актива определяется не только цифрами в личном кабинете, но и возможностью конвертировать его в деньги в разумный срок.
Частые заблуждения и как их избегать
Одно из самых опасных заблуждений — вера в то, что «крупных частных инвесторов не тронут». Практика показала, что санкционные решения принимаются не в логике розничного сервиса, а в логике политического давления. Если под ограничения попадает инфраструктура, она блокирует всех, не разбираясь в размере портфеля или гражданстве держателя. Поэтому рассчитывать, что персональный статус, связи или размер инвестиций защитят от заморозки, — иллюзия, которая дорого обходится. Рабочая стратегия — полагаться не на исключения, а на механизмы правовой защиты и заранее просчитанные пути отхода.
Еще одна распространенная ошибка — откладывать обращение к специалистам «на потом», надеясь, что ситуация сама рассосется. На деле грамотная юридическая помощь держателям иностранных облигаций нужна как можно раньше: чтобы зафиксировать факты, оценить доступные каналы коммуникации с эмитентом и депозитариями, вовремя присоединиться к коллективным инициативам. Чем позже вы подключаетесь, тем меньше у вас маневра и тем выше риск пропустить важные процессуальные сроки или выгодные предложения по реструктуризации.
Как действовать сейчас и что учесть на будущее
Первый практический шаг — инвентаризация: четко понять, какие бумаги у вас есть, где они учитываются, по какому праву выпущены, какие ограничения уже действуют. Это не формальность, а база для всех последующих решений. Второй — анализ альтернатив: оценка возможности перевода бумаг, участия в обменных офертах, подачи коллективных или индивидуальных претензий. Третий — корректировка стратегии: если вы планируете российские еврооблигации купить сегодня или в будущем, закладывайте в модель не только доходность, но и вероятность повторения инфраструктурных сбоев.
В долгосрочной перспективе урок прост: инвестиции в еврооблигации для частных лиц больше не могут строиться по принципу «выбрал купон и забыл до погашения». Новый базовый стандарт — разбираться в юрисдикциях, инфраструктуре, санкционных рисках, иметь запасной план и не бояться вовремя фиксировать убытки ради сохранения контроля над капиталом. Кризис держателей зарубежных бумаг оказался болезненным, но именно он дал концентрированный опыт, который может сделать частного инвестора гораздо более устойчивым — если этот опыт не игнорировать, а превратить в конкретные правила собственной финансовой безопасности.